С XIII века по хиджре (XIX век по григорианскому календарю) возникло несколько движений, целью которых было возрождение Уммы, однако все их попытки оказались безуспешными. Тем не менее эти движения оказали сильное влияние на тех, кто пришёл после них, и побудил их повторить эти попытки. Тщательно изучив эти движения и их попытки возрождения, можно заключить, что причины их неудач (с структурной точки зрения) обусловлены следующими четырьмя факторами:

Since the 13th century Hijri (19th century AD), several movements were established to revive the Ummah but were all unsuccessful in their attempts. However, these movements had a strong influence over those who came after them to repeat the attempts. Upon scrutinizing these movements and their attempts for revival, one can conclude that the causes for their failure (from a structural point of view) are due to the following four factors:

1. Эти движения были основаны на общей, неопределённой идее (фикра), которая была расплывчатой, или неясной. Кроме того, идее недоставало направленности, чистоты и ясности.

1. The movements were established upon a general undefined idea (fikrah), which was vague, or unclear. In addition, the idea lacked focus, purity, and clarity.

2. Движения не определяли методики (тарикы) для реализации своей идеи; напротив, они действовали импровизированными и искажёнными средствами. Более того, их средства были неопределёнными и двусмысленными.

2. The movements did not define a method (Tareeqah) to implement their idea; rather, they proceeded through improvised and twisted means. Furthermore, their means were undefined and ambiguous.

3. Движения опирались на людей, которым недоставало полного осознания и целеустремлённой решимости. Люди руководствовались лишь своим желанием или рвением к работе.

3. The movements relied upon individuals who lacked full awareness, and a well-focused determination. Individuals were driven solely by their desire or zeal to work.

4. Люди, которые несли ответственность за эти движения, не имели правильной связи между собой. Их объединяло лишь то, что они были членами некоей структуры, проявлявшейся в определённых действиях и званиях.

4. The individuals carrying the responsibility of these movements did not have a correct bond amongst themselves. They were merely bound by being members in a structure that manifested itself in certain actions and titles.

Следовательно, было закономерно, что такие движения поднимались и набирали силу до тех пор, пока их усилия и энтузиазм не иссякали, их деятельность затихала, и в конце концов они исчезали. Вслед за ними возникали другие движения, которые following тем же путём, пока и они не сходили на нет. Провал всех этих движений был закономерен, ибо они не опирались на верную, ясную и чётко определённую идею. Кроме того, у них не было правильного метода, они полагались на людей, лишённых сознательности, и не были связаны правильными узами.

Consequently, it was only natural for such movements to surge forward until their efforts and enthusiasm were exhausted, causing their activities to die down and they eventually became extinct. Other movements emerged thereafter, who followed the same pattern until they, too, became extinct. The failure of all these movements was only natural, because they were not based on a correct, clear and a defined idea. In addition, they did not have a correct method, they depended upon individuals who lacked awareness, and were not bound by a correct bond.

«Идея и метод» (Фикра и Тарика) этих движений были ошибочными, поскольку они опирались на неверные философии или идеи (если таковые вообще имелись). Одни из этих движений были исламскими, а другие — националистическими. Руководители исламских движений призывали к исламу в общем и неопределённом виде. Они пытались толковать ислам так, чтобы он соответствовал существующему положению вещей или оправдывал внедрение неисламских систем в ислам. Руководители националистических движений призывали к возрождению, основанному на расплывчатой и неопределённой националистической основе, которая игнорировала как ислам, так и мусульман. Они использовали такие понятия, как национализм, достоинство, гордость, араб, арабизм, независимость и другие, не имея ясного представления о самих этих понятиях и о том, ведут ли они к возрождению или нет. Арабские националисты призывали арабов к «арабскому возрождению», тогда как националисты-турки ратовали за возрождение турецкой родины на основе турецкого национализма. И арабские националисты, и турки на самом деле находились под руководством колонизаторов. Кроме того, колонизаторы использовали подобные националистические движения для того, чтобы подстрекать народы Балкан к отделению от Исламского государства Османов.

The “idea and the method” (Fikrah and Tareeqah) of these movements were wrong because they were based upon incorrect philosophies or ideas (if they had any). Some of these movements were Islamic whereas others were nationalistic. Those in charge of the Islamic movements called for Islam in a general and undefined manner. They tried to interpret Islam just to comply with the status quo, or to justify their process of introducing non-Islamic systems into Islam. Those in charge of the nationalistic movements called for a revival based upon a vague and ambiguous nationalistic foundation that disregarded Islam as well as the Muslims. They used such terms as nationalism, dignity, pride, arab, arabism, independence and others, without having any clear concept of such terms, and whether such concepts lead towards revival or not. The Arab nationalists called the Arabs towards an “Arab revival”, while the nationalist Turks called for the revival of the Turkish homeland, on the basis of Turkish nationalism. Both the nationalist Arabs, as well as the Turks, were in fact led by the colonialists. In addition, the colonialists used similar nationalistic movements to instigate the people of the Balkans to break away from the Ottoman Islamic State.

В прессе велись споры между исламистами и националистами-арабами. Предметом спора было то, какая лига будет лучше и осуществимее: Лига арабских государств или Исламская лига. Эти дебаты продолжались долгое время и растрачивали силы людей, поскольку и Лига арабских государств, и Исламская лига были с точки зрения ислама недействительными. Более того, оба этих союза были колониальными проектами, призванными отвлечь внимание людей от вопроса об Исламском государстве. Вследствие этого данные проекты не только привели к истощению сил людей, но и добились того, что вопрос об Исламском государстве был отдалён от взгляда и мышления людей.

Arguments between the Islamic and nationalistic Arabs took place in the press. This centered around whether an Arab League or an Islamic League would be better and more feasible. This debate lasted for a long time and wasted the efforts of the people, because both the Arab League and the Islamic League were invalid from the Islamic perspective. Moreover, both of these leagues were Colonial projects designed to divert the people’s attention away from the issue of the Islamic State. Consequently, these projects not only led to the exhaustion of the people’s efforts, but also succeeded in distancing the issue of the Islamic State from people’s vision and thinking.

Помимо исламских и националистических движений, в различных исламских странах возникли и патриотические движения. Эти патриотические движения появились как реакция на колониальную оккупацию различных частей Исламского государства. Политический и экономический гнёт колонизаторов над мусульманами, явившийся следствием внедрения капиталистической системы, привёл к созданию этих патриотических движений. Хотя эти движения были реакцией на это страдание, одни из них находились под влиянием исламских чувств, а другие управлялись исключительно патриотическими чувствами, возникшими в результате целенаправленных манёвров, предпринятых колониальными державами. Поскольку эти движения руководствовались патриотическими чувствами, у них не было серьёзного осмысления того, как определить свой курс действий. Когда они устремились вперёд, они вовлекли умму в дешёвую борьбу, что ещё более укрепило опорные позиции врагов на исламских землях.

Besides the Islamic and the nationalistic movements, some patriotic movements were also established in various Islamic countries. These patriotic movements emerged as a reaction to the colonial occupation of various parts of the Islamic State. The political and economic oppression of the colonialists upon the Muslims, as a result of the implementation of the capitalist system, led to the establishment of these patriotic movements. Although those movements were a reaction to this suffering, some of these movements were influenced by Islamic emotions, while others were driven purely by patriotic emotions resulting from deliberate manoeuvers undertaken by the Colonial powers. Since these movements were driven by patriotic emotions, they lacked any serious thought to define their course of action. When they surged forward, they engaged the Ummah in a cheap struggle, which further strengthened the enemies’ foothold in the Islamic lands.

Мы верим, что единственной истинной философией возрождения является идеология (Мабда’), которая охватывает как идею, так и метод. Этой идеологией является Ислам, поскольку он представляет собой акыду (вероучение), из которой исходит система, регулирующая все дела государства и уммы, и решение всех проблем жизни.

We believe that the only true philosophy for revival is an ideology (Mabdaa’) that encompasses both the idea and the method. This ideology is Islam because it is an Aqeedah (doctrine) from which emanates a system governing all the affairs of the State and the Ummah, and a solution to all of life’s problems.

Хотя ислам является универсальной системой, не входит в его методику начинать работу по её внедрению в универсальном масштабе. Ислам должен распространяться во всём мире, тогда как работа по его внедрению должна ограничиваться одной или несколькими странами до тех пор, пока он не утвердится там прочно. Как только ислам утвердится, Исламское государство естественным образом будет расти, пока не охватит все исламские страны. Затем государство будет распространять ислам среди остального мира, поскольку Исламское государство должно нести исламский даават как вечное и универсальное послание для всего человечества.

Although Islam is a universal system, it is not part of its method to start working on a universal scale towards its implementation. Islam should be propagated universally while working to implement it must be confined to one or several countries until it becomes firmly established. Once established, the Islamic State would naturally grow until it encompasses all the Islamic countries. Then the state would propagate Islam to the rest of the world, because the Islamic State must convey the Islamic da’wah as an eternal and universal message for all mankind.

Весь мир пригоден для исламской да‘вы; однако, поскольку люди на исламских землях являются мусульманами, да‘ва должна начинаться именно там. Также, поскольку люди на арабских территориях (являющихся частью исламского мира) говорят на арабском языке, а арабский язык является неотъемлемой частью ислама и его культуры, приоритет должен быть отдан арабским территориям. Более того, необходимо объединить силу арабского языка с силой ислама, поскольку каждый из них обладает способностью оказывать влияние, распространяться и проповедоваться. Поэтому вполне естественно, что Исламское государство должно быть восстановлено на арабских территориях, чтобы оно послужило ядром Исламского государства, которое охватит все исламские земли.

The entire world is suitable for the Islamic Da’wah; however, since the people in the Islamic lands are Muslims, the Da’wah must start there. Also, since the people in Arab territories (being part of the Islamic world) speak Arabic, and since Arabic is an essential part of Islam and its culture, the priority must be given to the Arab territories. Furthermore, combining the power of the Arabic language with that of Islam is necessary, because each has the ability to influence, expand and propagate. Therefore, it is only natural for the Islamic State to be re-established in the Arab territories, so that it will serve as a nucleus for the Islamic State which will encompass all Islamic lands.

Хотя распространение исламской да‘вы на арабских территориях необходимо, необходимо также, чтобы исламская да‘ва достигала и остального исламского мира. Однако начало работы на арабских территориях не означает, что до объединения арабских территорий в Исламском государстве не следует вести работу за их пределами. Работа должна вестись на арабских территориях для восстановления Исламского государства, после чего государство будет расти и охватывать соседние территории, независимо от того, состоят ли они из арабов или нет.

Though carrying the Islamic Da’wah in the Arab territories is necessary, it is also necessary for the Islamic Da’wah to reach out to the rest of the Islamic world. Notwithstanding this, initiating the work in the Arab territories does not mean that no work be done outside Arab territories before unifying the Arab territories in the Islamic State. The work must be carried out in the Arab territories to re-establish the Islamic State, then the State will grow and encompass the neighboring territories, regardless of whether they consist of Arabs or not.

Мы уже заявляли, что подлинная философия возрождения (Nahḍah) — это идеология, которая соединяет идею и метод, и любая группа, предпринимающая серьёзные усилия на пути возрождения, должна понимать и то, и другое.

We have already stated that the real philosophy for revival (NahDah) is an ideology that combines the idea and the method, and any group that undertakes serious efforts towards revival must understand both.

Поскольку эта идеология (Ислам) теперь стала ясной, становится возможным обрести необходимое правильное понимание для создания верной хизбийской структуры. Структура, которая исходит из этого правильного понимания, естественно, будет действенной, творческой и прогрессивной. Общество должно всецело поддерживать эту структуру и нести её бремя, ибо эта структура полностью постигает её идею, осознаёт её правильный метод и понимает свою миссию.

Since this ideology (Islam) has now become clear, it is therefore possible to acquire the proper understanding needed to establish the correct Hizbi structure. The structure, which emanates from this correct understanding, will naturally be effective, creative and progressive. The society should fully support this structure and carry its burden, because this structure fully comprehends its idea, is aware of its correct method, and understands its mission.

Однако одного понимания идеологии без создания структуры недостаточно для правильного возрождения. Люди, входящие в неё, должны быть пригодны для этой структуры, а связь (раабиту), которая объединяет членов, должна быть правильной и плодотворной. Пригодность людей определяется методом, которым структура привязывает своих членов к Хизбу (Тарикат ур-рабт). В идеологическом Хизбе способом привязки людей к нему является безоговорочная приверженность акыде и зрелость в хизбийской культуре. Поэтому пригодность любого человека определяется естественным образом через то, как он формируется в Хизбе при взаимодействии с ним даъвы, а не через церемониальные или организационные процедуры. Связь, которая объединяет этих людей в группу, — это акыда и хизбийская культура, исходящая из этой акыды.

However, merely understanding the ideology without establishing the structure is not enough for a correct revival. The individuals within it must be suitable for this structure, and the bond (RaabiTah) that binds the members must be correct and productive. The suitability of the individuals is determined by the structure’s method of binding its members to the Hizb (Tareeqat ur-rabT). In an ideological Hizb, the method of binding individuals within the Hizb, is the individual’s absolute adherence to the Aqeedah, and maturity in the Hizbi culture. Therefore, the suitability of any person would be determined naturally through the individual being molded into the Hizb when the Daw’ah interacts with him, and not through ceremonial or organizational procedures. The bond, which binds these individuals in a group, is the ‘Aqeedah and the Hizb culture emanating from this ‘Aqeedah.

Рассматривая движения, которые возникли в прошлом веке, можно заметить, что их неправильные структуры были основной причиной их провала. Их структуры не были построены на основе хизба, придерживающегося правильного понимания. Вместо этого они создавались либо на организационной основе, либо на основе номинальной партии.

Reviewing the movements which appeared in the last century, one finds that their incorrect structures were a fundamental cause for their failure. Their structures were not established on the basis of a Hizb that follows a correct understanding. Instead, they were established either upon an organizational basis or a nominal party basis.

До Первой мировой войны мусульмане знали, что у них есть Исламское государство. Несмотря на его слабость, упадок и различные взгляды на него, государство оставалось в центре их мыслей и устремлений. Хотя арабы воспринимали его как навязанное им и считали, что оно подавляет их права, они всё же смотрели на Исламское государство как на своё государство и пытались реформировать его сердцем и умом. Однако арабы не понимали сущности возрождения и его метода. Поэтому никакого организованного движения среди них не возникло. Так обстояло дело с большинством мусульман в исламском мире.

Prior to World War One, Muslims knew that they had the Islamic State. Despite its weakness, decline and the diverse views towards it, the State remained the focus of their thought and vision. Although the Arabs viewed it as being imposed upon them, and that it suppressed their rights, they still looked at the Islamic State as their State, and attempted to reform it with their hearts and minds. However, the Arabs did not understand the nature of revival or its method. Thus, no structuring occurred amongst them. This was the case with the majority of the Muslims in the Islamic world.

К этому времени чуждая культура уже проникла в исламские земли. В результате колонисты сумели привлечь ряд мусульман и завербовали их для создания внутри Исламского государства групп, основанных на идеях независимости и отделения. Колонисты привлекли ряд арабов и собрали их в Париже, чтобы сформировать блок для борьбы с Османским государством под видом арабской независимости. Чуждая культура и мысли, а также патриотические и националистические чувства, внедрённые колонистами, стали главными силами, которые объединили арабов. Объединённые в своих мыслях и чувствах, они были сплочены одним и тем же процессом мышления, что, в свою очередь, привело к единой цели — независимости арабов, поскольку Османское государство пренебрегало их интересами и позволяло себе угнетать их и подавлять их права. Эта единая цель послужила средством для сбора номинальной партии, что привело к арабскому восстанию и способствовало распространению куфра и колониализма по исламским странам, особенно арабским. На этом цель этих партий была исчерпана, и они разделили плоды своих усилий, получив назначение правителями некоторых исламских стран и агентами колониальных держав.

By this time, the foreign culture had already invaded Islamic lands. As a result, the colonialists managed to attract a number of Muslims and recruited them to establish groups within the Islamic State that were based on the notions of independence and separation. The colonialists attracted a number of Arabs and gathered them in Paris to form a bloc to fight the Ottoman State under the guise of Arab independence. The foreign culture and thoughts, along with patriotic and nationalist emotions, introduced by the colonialists, were the main forces that brought the Arabs together. With their thoughts and emotions united, they were brought together by the same process of thought, which in turn led to a unified aim — independence of the Arabs, since the Ottoman State disregarded their interests and allowed itself to oppress them and suppress their rights. This unified aim served as a means of gathering a nominal party, which led to the Arab revolt, and resulted in the spread of Kufr and Colonialism over the Islamic countries, especially the Arab countries. The purpose of these parties ended at that point, and they shared the spoils of their efforts by being appointed as rulers of some Islamic countries and agents of Colonial powers.

После разгрома Халифата колонизаторы получили контроль над исламскими землями: они напрямую управляли арабскими странами и распространяли свое влияние на весь исламский мир. Они физически оккупировали арабские страны и закрепились в каждом уголке арабского мира при помощи скрытых и злонамеренных методов и средств. Наиболее действенными из этих методов и средств были колониальная культура, деньги и их агенты.

After destroying the Islamic State, the colonialists took control of the Islamic lands, by directly ruling the Arab countries, and extending their influence over the entire Islamic world. They physically occupied the Arab countries and established a foothold in every part of the Arab world through covert and malicious styles and means. The most effective of these styles and means were the colonialist culture, money and their agents.

Иностранная культура сыграла наибольшую роль в установлении и поддержании колониального влияния. Она во многом способствовала тому, что возрождение было затруднено, и тому, что все движения, организации и партии, которые пытались возродить Умму, терпели неудачу. Столь всепроникающее воздействие объясняется влиянием, которое культура оказывает на мышление человека, а оно определяет его жизнь. Колонизаторы внедряли образовательные и культурные программы, основанные на определённой философии, которая отражала их взгляд на жизнь: отделение материи от духа и религии (дина) от государства. Колонизаторы сделали свою личность единственной основой нашей культуры (сakafa). Они также сделали свою цивилизацию (хадара), понятия, людей, историю и образ жизни главным источником наших мыслей. Этого им показалось мало: колонизаторы намеренно искажали свой облик и представляли его нам как образцы для подражания. Они выборочно отбирали определённые стороны и понятия, выделяли их, скрывая при этом истинное лицо колониализма, опять же прибегая к злонамеренным средствам. Они даже вмешивались в мельчайшие детали учебных программ, чтобы не допустить ни малейшего отклонения от этой общей политики. В результате мусульман воспитывали на искажённой культуре, которая учила нас тому, как думают другие, и делала нас неспособными научиться мыслить самостоятельно. Это происходило потому, что наша мысль была отделена от нашего окружения, нашей личности и нашей истории и не вытекала из нашей идеологии. Таким образом, мы, как интеллектуалы, стали людьми, отчуждёнными от народа и не осознающими своего положения и его потребностей. Следовательно, эмоции интеллектуалов оторвались от их мыслей, а сами интеллектуалы оторвались от Уммы и её чувств. Естественно, мысль, отделённая от эмоций или лишённая их, не способна правильно понять положение и потребности Уммы. Не привёл бы этот путь и к правильному пониманию метода возрождения. Более того, такая чуждая мысль, естественно, не могла бы привести к правильной структуре, возникающей из правильного понимания, поскольку это чуждая мысль, которую несёт человек с исламскими чувствами. Влияние чуждой культуры не ограничилось интеллектуалами. Напротив, мысль всего общества оторвалась от его чувств под влиянием чуждой культуры, что ещё больше усложнило проблемы общества. Поэтому задача возрождения, стоящая перед правильной структурой Хизба, умножилась по сравнению с тем, какой она была до Первой мировой войны. Вопрос после Первой мировой войны уже не в том, как возродить исламское общество, а в том, как согласовать мысли с чувствами среди интеллектуалов, а также установить гармонию между отдельными людьми (особенно интеллектуалами) и обществом. Интеллектуалы увлеклись абстрактной чуждой мыслью, лишённой чувств. Это привело к тому, что они ощутили отчуждение от общества, стали презирать его, отдаляться от него и относиться к нему с равнодушием. Это вызвало у них привязанность к иностранцам, уважение к ним, стремление приблизиться к ним и уделять им больше внимания, несмотря на то, что те были колонизаторами. Поэтому интеллектуалы не могли понять положение общества иначе, как подражая иностранцам в их понимании собственного положения. Образованный человек, когда говорил о возрождении, не мог придумать ничего, что возродило бы Умму, кроме подражания иностранцам. Так чувства интеллектуалов побуждались не идеологией, а чувствами к родине и народу, которые были ложными источниками побуждения. Вследствие этого они не могли даже должным образом восстать и не жертвовали полностью ради блага народа. Они не ощущали бы ситуацию, которая их окружает, исходя из какой-либо определённой мысли, и не воспринимали бы нужды людей. Если допустить, что они восстали бы и призвали бы к возрождению, то это было бы реакцией на их личные интересы или подражанием революциям других народов. Поэтому такое восстание вскоре угасло бы: либо когда их интересы были бы обеспечены, либо когда их самолюбие было бы удовлетворено, либо когда эта революция вошла бы в противоречие с их собственными интересами или причинила бы им вред.

Правильная структура не может быть построена из таких людей, прежде чем будет достигнута гармония между их мыслями и чувствами путём их воспитания с самого начала идеологически правильной культурой — исламской культурой. Пройти через этот процесс воспитания означает, что каждый из них должен занять роль начинающего (ученика), чей разум предстоит formировать заново. После достижения гармонии в индивиде следующей задачей будет достижение гармонии между индивидом и обществом. Если бы не чуждая культура, задача возрождения общества была бы гораздо проще.

The correct structure cannot be built from such individuals, before generating harmony between their thoughts and emotions, by culturing them from the beginning with an ideologically correct culture - the Islamic culture. Taking them through this culturing process requires that each one of them assumes the role of a beginner (student), whose mind has to be reshaped anew. After generating harmony in the individual, the next task would be to generate harmony between the individual and the society. Had it not been for the foreign culture, the problem of reviving the society would be much easier.

Таким образом, правильная хизбийская структура не может сосуществовать в обществе с этой чуждой культурой. Равно как и правильная хизбийская структура не может возникнуть на основе этой чуждой культуры.

Thus, it is impossible for a correct Hizbi structure to coexist in society with this foreign culture. Nor is it possible for the correct Hizbi structure to emerge on the basis of this foreign culture.